Виктор Мамонов. Одинокий бег. Стихотворения

Посвящается Людмиле Поленовой

***
Певчий дух домовит, домовит,
Как крестовая ласточка с виду:
После жизни она залетит
В крайний дом, умягчая обиду.
Что в том пользы, когда эту боль
В строчке гения или ребенка,
Так невнятную, только позволь, —
Повтореньем продлится вдогонку.
Ну, а может, и впрямь ее нет,
Или пишется справа налево,
Только синей сгущенности цвет
Над ветвистым качается древом?
 

* * *

Дом с широким окном, выходящим на север,
Из которого весь огород освещен,
И букет полевой с подоконником серым
Не сливается, каждым цветком обращен
К золотому просвету в конце коридора,
Где спустился туман со ступеньки крыльца,
Ограничен, как в раме, в проломе забора
Или в контуре тени, но мимо лица,
Отражен с воскового дощатого пола:
Луч случайный не падал на встречный предмет
В аккуратную память запали невольно
Кружка, зеркало, хлеб на столе, табурет.
И душа ожила, хоть казалась бесцветной
Из начального воздуха и холодна,
И скорей удивлен, чем напуган заметным,
Ну, не сходством, когда промелькнула одна
Мимолетная жилка предельного взгляда,
А всего-то в себя заглянул и узнал,
Что у Бога ни имени нет, и не надо,
И простая вселенная стала тесна
Для прощанья, но вместо того, чтоб вернуться
И зайти на ступеньку, я снова взглянул,
Где обочиной пепел клубился, — коснуться
И вдохнуть что есть силы, во всю глубину.

 

* * *

Восковых от сосновых, медовых
Стен, пучками засушенных трав,
Тесной полкой соленых рядовок
Поместить в отодвинутый край
Правоты чернохлебной, молочной
За картофельный скромный предел —
В жизни глинистой выкопан прочный,
Из которого не улетел,
Но готовый уплыть за тяжелый,
За порог снегового жнивья
По житейскому морю чужому
Через лодочный образ жилья,
Внешних шорохов, слабого стука,
Из ненастья, вернее всего,
Завязалась щадящая скука
И сгорит не от дома сего,
Разве в очередь, — знают неточно,
Страстью заняты или игрой
Две живучие бабочки, срочно
Раскаляя свой дар небылой.

 

 

 

ISBN 5-87245-075-3
ГЛК, 2001
Переплет, 240 стр.